Новости

более $2 миллиардов

перевели в Кыргызстан мигранты с начала года.

Подробнее...

новые назначения

Президент Кыргызстана подписал указы.

Подробнее...

Фарид Ниязов

назначен руководителем Аппарата Президента КР.

Подробнее...

Кубанычбек Кулматов вновь стал главой Таможенной службы

Подробнее...

Алмаз Кененбаев стал спикером Бишкекского горкенеша

Процедура тайного голосования состоялась 11 декабря на внеочередной сессии.

Подробнее...

президент Жээнбеков одобрил списание долга Кыргызстана перед Россией

Сооронбай Жээнбеков подписал закон о ратификации протокола к Соглашению об урегулировании задолженности Кыргызстана перед Россией по ранее предоставленным кредитам.

Подробнее...

огни на главной ёлке Кыргызстана зажгут 15 декабря

Подробнее...

бегунки содержатся в спецприёмнике


МИД Кыргызстана прокомментировал ситуацию, связанную с задержанием в США Э.Молдокадыровой и Р.Самудинова.

Подробнее...

Замирбек Карашев

назначен начальником таможни «Ош».

Подробнее...

кок-бору включён в Cписок культурного наследия ЮНЕСКО от Кыргызстана

Подробнее...

Аскарбек Шадиев назначен первым вице-премьер-министром КР

Подробнее...

президенты Кыргызстана и Казахстана поговорили по телефону

Подробнее...

юные хоккеисты из Кыргызстана стали первыми на турнире в США

Подробнее...

терроризм и экстремизм остаются наиболее актуальными угрозами для Кыргызстана

Подробнее...

кыргызстанцы за границей

МИД КР посчитал, сколько кыргызстанцев живет за рубежом.

Подробнее...

Погода в Кыргызстане на декабрь

Подробнее...

ситуация на кыргызско-казахской границе

2 декабря правительства Кыргызстана и Казахстана подписали соглашение о дорожной карте по урегулированию ситуации на границе двух стран.

Подробнее...

президент Жээнбеков рассказал лидерам фракций о поездке в Россию и Беларусь

Подробнее...

на саммите СКБ ОДКБ подписаны документы

Лидеры ОДКБ встретились в Минске, где подвели итоги 15-летней деятельности организации.

Подробнее...

президент Жээнбеков принял участие в юбилейной сессии СКБ ОДКБ в расширенном составе

Подробнее...

Семёнов-Тян-Шанский:

 

ШТАТСКИЙ  СОЛДАТ  "БОЛЬШОЙ  ИГРЫ"…

 

И  ВЕЛИКИЙ  МИРОТВОРЕЦ  ДЛЯ  КЫРГЫЗОВ

 

 

В 2017 году совершенно незаметно прошли сразу два юбилея  -  весьма важные для истории Кыргызстана. Власть про них не вспомнила. Где кроются  корни  этой забывчивости?


Может, в феврале 2014 года? Тогда депутат парламента от СДПК Гульнара Жамгырчиева (сейчас она - заместитель омбудсмена) выступила с инициативой переименовать город Балыкчи в Саякбай - в честь манасчи Саякбая Каралаева. И пошла ещё дальше, заявив, что при въезде в родной великому сказителю Тонский район Иссык-Кульской области должен стоять памятник ему, а не Петру Семёнову-Тян-Шанскому.


Судя по биографии Жамгырчиевой, она должна бы знать, кто такой Пётр Семёнов-Тян-Шанский. В тот год, когда этот памятник поставили (1982-й), Жамгырчиева как раз работала в отделе культуры города Рыбачье - так тогда назывался Балыкчи. Впрочем, не она первая, кто замечен в незнании истории кыргызского народа. Иначе как объяснить то, что 190-летие со дня рождения Семёнова Тян-Шанского, пришедшееся на нынешний год, прошло в Кыргызстане практически незамеченным? Да и о 25-летии открытия памятника учёному, которое было 15 августа, тоже никто из государственных мужей не вспомнил.


Кто такой Пётр Семёнов-Тян-Шанский? Хочет того госпожа Жамгырчиева или нет, но именно этому человеку было суждено поставить последнюю точку в многолетней междоусобной войне между двумя кыргызскими родами - бугу и сарыбагыш. Впрочем, славен он не только этим.

 

Ну  никак  не  даёт  покоя малообразованным  и совсем  необразованным господам-товарищам
в  Кыргызстане  этот памятник  великому русскому путешественнику, сделавшему  много хорошего  кыргызскому народу.

 

 


"ЗАБЫТАЯ  ВОЙНА"


Война между бугинцами и сарыбагышами,  вне всякого сомнения,  принесла много бед обоим родам. Но с точки зрения геополитики в целом,  это лишь небольшой эпизод в "Большой игре". То есть  в противостоянии между Россией и Британией за влияние в Центральной Азии,  частью которой была русско-кокандская война. Так историки именуют череду конфликтов между Российской империей и Кокандским ханством,  которая с перерывами длилась 29 лет - с 1839-го по 1868 год. Правда,  иные исследователи считают отправной точкой этой войны 1850-й год,  когда на территорию ханства вошли два русских отряда - капитана Карла Гутковского и полковника Ивана Карбашева. Ввод войск на территорию ханства стал,  по сути,  ответной мерой против набегов подданных кокандских ханов на приграничные земли России.


Все события до и после присоединения к России Средней Азии до сих пор воспринимаются как между собой не связанные.  Хотя их надо рассматривать как части единого целого. В том числе - и тот факт,  что манап  бугинцев Боромбай трижды подавал императору Николаю I прошения о принятии племени бугу в российское подданство - в 1844-м, 1848-м и 1853 году. В прошениях бугу жаловались на притеснения кокандских ханов. В чём эти притеснения  заключались?


Побывавший в кыргызских землях в середине XIX века академик Василий Радлов в своих записках сообщал,  что кокандская власть взимала с кыргызов три вида постоянных налогов  и один периодический - военный. Постоянными налогами были тунлук закат (налог с юрты) - одна овца с каждой юрты,  алал закат (налог со скота) - одна голова с каждых 50 голов скота и харадж  (налог с урожая) - три овцы с каждого гумна. Военный же налог брали либо одной золотой монетой (тилла),  либо тремя овцами с юрты. При этом Радлов сообщал,  что эти налоги всегда взыскивались насильно.


Санкт-Петербург дал своё согласие принять бугинцев в российское подданство только на третий раз. Историки объясняют это по-разному. Одно из объяснений - ни в 1844 году,  ни четырьмя годами позже у России не было опорных пунктов,  откуда можно было бы прикрыть бугинцев как новых подданных империи в случае чего. Однако к 1853 году первый такой опорный пункт появился - отбитая у кокандского ханства крепость Ак-Мечеть, переименованная в Форт-Перовский - в честь руководителя Кокандского похода генерал-губернатора Оренбурга Василия Перовского. Сейчас Форт-Перовский - это казахстанская Кызылорда. Забегая немного вперёд, скажем,  что в 1854 году появился ещё один русский форпост - укрепление Верное (нынешний Алматы). Также русские войска заняли долину реки Или и для административного управления населением этого края учредили Заилийский отдел. Одноимённый край был расположен от южного берега реки Или до озера Иссык-Куль. Словом,  база для защиты присоединившихся народов была готова.  


Кроме того,  ещё в начале Крымской войны 1853-1856 годов на стол императору Николаю I лёг доклад генерала Перовского,  где говорилось о том,  что в Киргизской Степи (как тогда называли Среднюю Азию и Казахстан) активизировались британские и турецкие эмиссары. Перед Россией замаячила весьма нерадостная перспектива со временем увидеть под стенами Оренбурга гарцевание британской кавалерии. Знаменитое ныне выражение "Англичанка гадит" появилось как раз в те годы.


Даже в 1862 году (девять лет спустя после доклада Перовского) полковник кавалерии Казаков докладывал начальству: "В Ташкенте, Коканде и в особенности в Бухаре есть уже много англичан, обучающих туземные войска военному ремеслу… Их радует и обнадёживает наша медлительность… Встречались переодетые англичане и в наших киргизских степях, что ясно доказывает стремление этой нации к владычеству в Средней Азии".


К слову,  первые английские агенты появились в названных Казаковым местах ещё в начале 1820-х годов. В свете всего этого принятие бугинцев в российское подданство было если не оплеухой англичанам,  то щелчком по носу - точно.

 

Виктория,  королева Соединённого  королевства Великобритании  и  Ирландии  
с  1837  года.  С  1876  года -  императрица  Индии.  Та  самая  "англичанка",   которая  "гадит".

Карикатура  времён  "Большой  игры". 

В  центре  -  условный  Туркестан,  слева  и  справа  -  Российская  и  Британская  империи.

 

 


ВМЕСТЕ  С  РОССИЕЙ


В таких вот исторических условиях в 1853 году вспыхнула война между бугинцами и сарыбагышами. В чём её причина? Главной причиной некоторые историки называют стремление манапа сарыбагышей Ормон-хана отобрать земли вокруг Иссык-Куля у бугинцев в случае,  если они не будут признавать его власти. До наших времён дошла песня "О войнах сарыбагыш и бугу". Там - якобы со слов Ормон-хана - говорится (передаём с сокращениями):


"Если бы ковылистый
Иссык-Куль был моей землёй,
Темир,  Болот и Черикчи
расселились бы там.
Там есть прохладные
джайлоо и сосновые боры,
Высоко в горах есть лужайки,  
а в долине - озеро.
На берегах его солончаки,  
удобные для скотоводства.
Эта самая лучшая земля - кто
ею владеет, тот будет бог.
Сам я сделаю своей ставкой
берег озера,
Буду править и подчиню себе
всех бугинцев, подобных Каипу.
Если они не будут признавать
мою ханскую власть,
Я прогоню их за землю
калмыков.
Я загоню их в Конуз и заберу
у них озеро.
Я загоню их в Текес и заберу
у них земли".


Историки пишут,  что в конце концов Ормон-хан пошёл на бугинцев войной,  но его войско было разбито,  а сам он попал в плен. По поводу обстоятельств гибели Ормон-хана в плену существует также несколько версий. Некоторые исследователи пишут,  что убили его после того,  как Боромбай сказал: лучше было бы,  дескать,  если бы мне не показывали Ормон-хана. Это,  мол,  означало,  что глава бугинцев не против убийства.


Параллельно происходили и другие события. В год гибели Ормон-хана (1854-й) манапы и аксакалы бугинцев решили отправить в Омск,  а затем в Санкт-Петербург делегацию во главе с Качыбеком Шералиным,  который был близким родственником Боромбая. В сентябре того же года Шералин выехал в Россию,  имея письменно подтверждённые полномочия принять присягу от имени всех кыргызов рода бугу. Через месяц генерал-губернатор Западной Сибири Густав Гасфорд отправил в Министерство иностранных дел империи проект принятия бугу в российское подданство. Согласие на это пришло из Санкт-Петербурга уже через два месяца. Всё свершилось 17 января 1855 года. С Кораном в руках Качыбек Шералин присягнул от имени бугинцев на верность России в Омске - во дворце генерал-губернатора. Глава бугинцев Боромбай получил звание полковника русской армии.


Однако принятие бугинцев в российское подданство их междоусобицу с сарыбагышами не остановило. К тому времени,  когда в этих краях появился русский путешественник Пётр Семёнов,  роды уничтожали друг друга уже три года.


К явной радости Кокандского ханства и внешних игроков - Турции и Британии.

 

Боромбай,   лидер  бугинцев.

Ормон-хан,   глава  сарыбагышей.

Тест присяги на верность и подданство Российской империи на двух языках - русском и чагатайском (средневековый среднеазиатско-тюркский письменно-литературный язык, где использовалась арабская вязь),  которую 17 января 1855 года принял в Омске посланник манапа Боромбая Качыбек Шералин.

Дворец  генерал-губернатора  Западной  Сибири,  где  проходила  процедура  принятия  в  российское  подданство  бугинцев.  Современный  вид.

 


СУПЕРАРБИТР


Строго говоря,  Семёнов был не первым путешественником по кыргызским землям. До него в этих местах побывали ещё двое. Первым был русский унтер-офицер Филипп  Ефремов,  о котором вообще стоит рассказать отдельно. В 1980 году во фрунзенском издательстве "Кыргызстан" вышла книга Виктора Бобылёва о нём - "Странник поневоле" (её может отыскать в библиотеке любой желающий). Вторым путешественником стал купец Исаев,  ходивший караванными тропами Прииссыккулья.


Что касается Петра Семёнова,  то, когда он приехал на территорию  нынешнего  Кыргызстана,  ему было 29 лет. За плечами - Школа гвардейских прапорщиков и юнкеров и отдел естественных наук физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета. На государственную службу Семёнов тогда идти не думал, решив заняться чистой наукой. Но жизнь распорядилась иначе.


В 1856 году Пётр Семёнов прибыл в Омск,  представился генерал-губернатору Гасфорду и попросил его содействия в посещении укрепления Верное и вообще изучения Заилийского края. Гасфорд пообещал Семёнову любую помощь. В Омске путешественник познакомился с Григорием Потаниным,  а позже в Семипалатинске (когда Семёнов уже изучил западные окраины Алтая) - с Чоканом Валихановым. Потанин станет выдающимся исследователем Сибири и Центральной Азии,  а Валиханов - знатоком истории и культуры народов Средней Азии, Казахстана и Западного Китая,  в частности,  казахов и кыргызов. Именно Семёнов,  как пишут историки,  посоветовал Гасфорду послать поручика Валиханова в экспедицию для изучения ранее абсолютно неизученной области Центральной Азии южнее Тянь-Шаня - Кашгарии (ныне - южная часть Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая).

 

Таким  Пётр  Семёнов  прибыл  в  1856  году  в кыргызские  земли.

Генерал-губернатор Западной  Сибири  Густав Гасфорд. 

Именно  он оказывал  поддержку Петру Семёнову-Тян-Шанскому  в  его изысканиях.

 

 

 


Ещё в Омске пристав Большой Орды Михаил Хоментовский  рассказал  Семёнову,  что на восточной оконечности Иссык-Куля он может не обнаружить местных жителей. Причина - всё в той же междоусобице бугинцев с сарыбагышами. По словам Хоментовского, из-за этой междоусобицы бугинцы бежали с Иссык-Куля на восток,  а сарыбагыши ещё не осмелились занять родовые бугинские земли - восточную половину Иссык-Кульского бассейна.


Прибыв на Иссык-Куль,  Семёнов сам стал свидетелем последствий одной из битв между родами. Позднее он напишет:


"На поляне, на которую мы вышли с подножья ближайшей к окраине вершины плоскогорья, решилась участь богинцев (орфография и пунктуация сохранены) после последнего отчаянного боя. Всё, что было ещё  в силах двигаться из их табунов и стад, было отбито сарыбагышами и быстро угнано ими на верховья Нарына, а всё, что не могло двигаться, пало в изнеможении на поле битвы, усеяв его своими трупами… День уже склонялся к вечеру, когда мы, обогнув знакомую нам вершину, с её подножья вышли на "мёртвое поле", засыпанное замёрзшими трупами, между которыми были и человеческие. Только тут я глубоко прочувствовал поэтическое обращение поэта Пушкина к подобной поляне со словами: "О, поле, поле, кто тебя усеял мёртвыми костями?".


Эту вражду надо было прекращать хотя бы даже потому, что она сильно мешала научной и изыскательской работе самого Семёнова - его могла убить любая из сторон конфликта во время путешествия. По отзывам современников,  путешественник был человеком не из трусливых,  но и умирать в 29 лет никому не хочется.


И Семёнов принял решение отправиться к манапу Умбеталы - сыну покойного Ормон-хана. Когда он прибыл  к сарыбагышам,  самого Умбеталы в кочевье не оказалось. Это,  однако,  не помешало Семёнову в его миссии. Он передал подарки для Умбеталы,  а родственники манапа в ответ подарили Семёнову трёх коней. Таким образом,  хоть и не напрямую,  Умбеталы и путешественник стали тамырами (приятелями). Также Семёнов объяснил сарыбагышам,  что русские ничего против сарыбагышей не имеют и нападать на них первыми никогда не будут. Однако их набеги на земли Заилийского края и угоны скота лучше прекратить,  потому что хорошо от этого не будет никому.


Позднее приятельство с Умбеталы пригодилось не только самому Семёнову,  но и главе бугинцев Боромбаю. Переписываясь с Умбеталы,  путешественник попросил того от имени Боромбая вернуть манапу пленниц из его семейства в обмен на выкуп.


"Получен был очень характерный ответ на моё письмо от моего "тамыра" - верховного манапа сарыбагишей Умбет-Али, - вспоминал потом Семёнов (стиль сохранён). -  Он отвечал мне, что не соглашается ни на какую частную выкупную сделку со своим врагом Бурамбаем (Боромбаем) впредь до общего примирения обоих племён, в котором должны быть окончательно сведены счёты в том, кто перед кем останется в долгу. Основой таких счётов, по киргизскому обычному праву, служил, прежде всего, подсчёт потерь каждой стороны в баранах, рогатом скоте, лошадях, верблюдах и, наконец, в людях - "чёрной" и "белой" кости. Все эти потери переводятся на число баранов, служивших в то время как бы монетной единицей при денежных расчётах. При подобных расчётах отношение той или иной ценности к барану, служащему монетной единицей - быка, коровы, лошади, верблюда и даже человека "чёрной кости", - не представляло никаких затруднений, так как определялось обычаем. И только потеря человека "белой кости" или признаваемого по общественному мнению "батырем" (батыром) всякий раз подлежала особой оценке по взаимному соглашению.


Так, например, гибель сарыбагишского манапа Урмана (Ормон-хана) должна была иметь для богинцев последствием начёт в несколько тысяч монетных единиц, то есть баранов. Что же касается пленных, то так как они уже обращались в собственность племени, их захватившего, то они разменивались с большей лёгкостью один на один. А в случае, если менять их было не на кого, то выкуп людей "чёрной кости" совершался по определённой бесспорной таксе, а выкуп людей "белой кости" и "батырей" происходил по взаимному соглашению.


Вот от такого-то частного соглашения со своим врагом Бурамбаем о пленницах из его семейства Умбет-Али отказывался, но известил меня, что всех четырёх пленниц, о которых шла речь, в том числе и свою родную сестру, он посылает мне как своему тамыру в дар, предоставляя мне распорядиться вместо него их дальнейшей участью".


Поскольку почётных пленниц Умбеталы вернул без всякого выкупа,  Семёнову в знак признательности и уважения следовало сделать "тамыру" ответный подарок. Лидер бугинцев Боромбай выделил путешественнику на это дело 12 лучших коней,  а Семёнов присовокупил к ним 6 отрезов кавказского шёлка,  несколько роскошных казанских изделий,  шитых золотом,  и несколько предметов из златоустовского оружия.


Потом Семёнов поехал по своим научным делам дальше, простившись с Боромбаем. "Прощание наше было тем более трогательно, что каждый из нас глубоко сознавал, чем мы друг другу обязаны", - писал позже Семёнов. Таким образом 160 лет назад междоусобная война между бугинцами и сарыбагышами прекратилась навсегда.

И в этом,  как мы видим,  самую трудную роль - посредника - сыграл Пётр Петрович Семёнов. Вообще к помощи Семёнова в качестве посредника в межродовых спорах местные казахи и кыргызы прибегали не раз.


В неоднократно цитируемых здесь мемуарах Семёнова "Путешествие в Тянь-Шань в 1856-1857 годах" путешественник достаточно подробно описал процедуру его участия в разрешении споров по обычному кыргызскому праву. Спор разрешал суд биев (мировых судей) - по три от каждого племени,  в присутствии старших султанов обоих племен. Руководствуясь тем же обычным правом,  бии должны были выбрать председателя или суперарбитра. По условиям,  этот человек должен был быть посторонним для всех племён и совершенно беспристрастным. То есть не служить ни в гражданской,  ни в военной администрациях края. Этим суперарбитром бии единогласно признали Петра Петровича Семёнова. В пользу которого сыграла и его репутация "учёного человека",  уже популярного среди кыргызов.

 

Пётр  Петрович  Семёнов-Тян-Шанский  -  прожил  87  лет.

 

 


НАРОДНЫЙ  ГЕРОЙ


Бесценным считается и вклад путешественника в изучение Кыргызстана для мировой науки. До того,  как Пётр Семёнов (Тян-Шанским он стал именоваться только в 1906 году) побывал в этих местах,  считалось,  что горный массив Тянь-Шань имеет вулканическое происхождение. Путешественнику же удалось выяснить,  что горы имеют тектоническое происхождение. Он самым первым дал геологическую характеристику северным горным цепям Тянь-Шаня - столь точную,  что никто после него не смог добавить к его данным ничего существенно нового. Путешественник также доказал,  что Иссык-Куль не является истоком реки Чу,  опровергнув все прежние версии и предположения на сей счёт.


Кроме того Пётр Семёнов руководил научной частью первой и единственной в царской России переписи населения 1897 года,  настояв на том,  что кара-киргизов (собственно кыргызов) следует считать отдельным народом. В частности, потому, что кыргызский язык существенно отличается от казахского.


Почему в 1982 году памятник Петру Семёнову-Тян-Шанскому поставили именно там,  где он сейчас стоит? Этому есть два объяснения. Во-первых,  сам путешественник писал,  что именно в этом месте он перешёл реку Чу,  спешился и впервые увидел Иссык-Куль. Второе же объяснение - памятник путешественнику стоит именно там,  где проходит историческая граница между землями бугинцев и сарыбагышей,  которых Семёнов-Тян-Шанский когда-то помирил.


Что же касается войны с памятником путешественнику, которую пыталась было затеять в свою бытность депутатом ЖК Гульнара Жамгырчиева,  то аксакалы и на Иссык-Куле,  и в Нарыне,  и в Кеминском районе Чуйской области говорили нам,  журналистам: "Первый, кто скажет  о том, что памятник Тян-Шанскому надо снести или перенести в другое место, будет "кыргыз эл душманы" - врагом  кыргызского народа. Советская власть знала, куда, кому и за что ставить памятники". Это означает,  что в родовой памяти бугу и сарыбагышей до сих пор есть благодарность русскому путешественнику за всё,  что он для них сделал.


Кыргызский академик Турар Койчуев писал о нём:


"Семёнов-Тян-Шанский был универсальным учёным (географом, экономистом, статистиком, этнографом), который мог убедительно оценить уникальное разнообразие природы Кыргызстана с позиций целесообразности и возможности её освоения, стратегическое для обороны России значение Средней Азии как региона, расположенного между Россией и Центральной Азией (охватывая Китай, Афганистан, Индостан и другие страны). Он смог оценить толерантное отношение народов Средней Азии, включая кыргызов, к другим народам и прибывающим их представителям (когда они прибывают с мирными целями) и возможность совместного проживания и хозяйствования; необходимость обучения местного населения грамоте и необходимость оказания ему поддержки в усвоении и приобретении опыта в новых видах труда".


И этого уже не в силах изменить никто.


Дмитрий  ОРЛОВ

 

Пётр Петрович Семёнов-Тян-Шанский родился в январе
1827 года в семье отставного офицера, писателя-драматурга. Приписку к своей фамилии - "Тян-Шанский" - получил в 1906 году за заслуги в исследовании Тянь-Шанских гор. В последние годы жизни являлся членом Государственного совета Российской империи.
Умер в феврале 1914 года от воспаления лёгких на 88-м
году жизни в Петербурге. Похоронен там же на Смоленском православном кладбище.

 

Памятник Семёнову-Тян-Шанскому при въезде в Иссык-Кульскую долину на северной стороне трассы Бишкек-Иссык-Куль. На памятнике - надпись на двух языках: "Великому русскому путешественнику П. П. Сёменову-Тян-Шанскому от киргизского народа, 1982 г.". Авторы памятника - ленинградцы: скульптор В.Э. Горевой и архитектор Н.А. Соколов.

Комментарии   

 
+9 #1 Семенов-Тян-Шан скийМария 28.09.2017 17:16
Очень познавательная статья .Спасибо вам за эту информацию.Об этом надо больше писать , а то молодежь совсем ничего не знает.
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить